“Нужно иметь храбрость попросить друг у друга прощения…” Интервью Главы Дома Романовых “Российской газете”

Head of the Russian Imperial House H.I.H. Grand Duchess Maria of Russia

В год столетия революции и отречения последнего русского царя его историю “РГ” прокомментировала главный представитель Дома Романовых, Великая Княгиня Мария Владимировна.

2017-й год – год столетия революции и отречения царя. Фигура последнего государя продолжает приковывать к себе внимание. Общественное мнение качается, как маятник. Кто-то до сих пор уверен, что это был слабый человек, управленец с крохотной волей, уронил страну. Кто-то напоминает о невероятном экономическом подъеме и ускорении, которые переживала Россия.

Великая Княгиня Мария Владимировна: В истории про то, что государь был слаб, которые мы так часто сейчас слышим – я не верю. Он был человек с убеждениями и убежденностью. И в том, во что он верил, он шел до конца. Вел свою линию, руководимый совестью и представлениями о должном. А все эти разговоры про то, что он был чересчур мягким и оказывался игрушкой в руках то одних, то других сил, не многого стоят. Конечно, у него, как и у любого политика, как сегодня у президентов, были советники. И исключительным человеком из них был Петр Столыпин …Поэтому люди, желавшие свержения царского строя, прежде всего, постарались именно его снять с политической сцены и отправить в мир иной.

К сожалению, им это удалось. И это была огромная потеря. А все остальные вокруг – при всем их желании и даже, может быть, совестливом отношении к делу – увы, не смогли предложить свежие идеи.

Ну и конечно, не надо забывать, что наступали времена очень активной пропаганды – и внутрироссийской, и иностранной – против государя и в пользу революции. И его репутация, конечно, специально портилась. Так часто бывает, к сожалению, когда нечто, нарочно устроенное – миф, неправда – продолжает раскручиваться, потому что кого-то это очень даже устраивает. И только сейчас, когда есть возможность посидеть в архивах и все узнать из документов, убеждаешься, что все было не так, как когда-то придумали одни и приучили верить в это других. Безусловно, вокруг государя было много людей, участвующих в создании этого негативного мифа. И сознательно или бессознательно бросавших тень на государя.

И сегодня еще много мифов вокруг царя, но другого рода. Например, кто-то вдруг начинает утверждать, что отречения царя не было… Когда меня спрашивают, что я об этом думаю, я отсылаю спрашивающих все в те же архивы.

Там же все можно увидеть. Вплоть до того, как он менял фразы в тексте отречения. А версии о том, что отречения не было, рождаются в погоне за “новыми теориями” и желанием обратить на себя внимание: вот я какой невероятный человек, отыскавший нечто новое. Но это, конечно, лишь фантазии. Про отречение все было известно уже в советские времена.

Важнее сегодня задуматься о вине тех, кто убеждал царя отречься. Я думаю, что, они, конечно, виноваты. И сделал он это только потому, что все, как один, вокруг твердили: подпишите, а то прольется кровь. А он хотел этого избежать. И думал, что, отрекаясь, сможет избежать революции. Тем более, когда все представляли это как единственный вариант спасения положения. Бедный государь. Бедный человек. Далеко от дома, далеко от близких… А тут и некоторые члены царской фамилии настаивают на отречении… И он поверил этим убеждениям. Но в чем его точно нельзя упрекнуть, так это в отсутствии любви к русскому народу. Вот это уж никак. Никогда! Даже когда нам трудно понять государей, хорошо бы помнить, что многое ими делалось из-за любви. Мы ведь иногда тоже много делаем ошибок – как раз из-за любви.

У нас сейчас разгорелся жаркий спор об ожидаемом на экранах фильме Алексея Учителя “Матильда”, посвященном любви будущего императора к балерине Кшесинской. Кому-то это история просто любопытна, но кто-то считает оскорбительным так вспоминать царя в год столетия его отречения.

Великая Княгиня Мария Владимировна: Конечно, царской семье неприятно, что в основу воспоминания о Николае II положена такая история. Но устраивать из-за этого шум и запрещать показ фильма тоже, я думаю, не надо. Это же только добавит ему рекламу. Так что я бы рекомендовала не обращать особого внимания на эту киноисторию.

А упрекать государя за эту любовь? Ну была когда-то, да, любовь между ним и Матильдой Феликсовной. Она сама об этом писала… И я помню ее, общалась с ней… Хотя я была тогда маленькой, но и она, и родители мне рассказывали, что так оно и было… У нее всегда была с собой его маленькая фотография… Но упрекать государя, что он был в связи с ней после его брака с государыней, вот это уже глупость и ложь. Наоборот его все упрекали, что он чересчур верный семьянин. Без малейшей помешанности на сексуальных приключениях.

А если вспомнить не менее жаркий, но более серьезный спор о судьбе царских останков. Церковь настояла на чрезвычайной внимательности в этом вопросе.

Великая Княгиня Мария Владимировна: Конечно, Церковь как вечная институция не может легкомысленно отнестись к этому. Тем более что ее не раз упрекали в том, что вопрос со святыми мощами в том или ином случае решался очень быстро… А теперь почему-то упрекают в обратном. И Церковь, и семья Романовых хотят, чтобы все царские останки были найдены и захоронены. Но, согласитесь, было бы что-то совершенно невозможное, если бы спустя какое-то время были найдены новые останки и объявлены царскими. Ведь установленные останки царственных мучеников становятся святыней, реликвией, которой Церковь призывает поклоняться. Мощи святых – это нечто сакральное, и людям Церкви невозможно подойти к этому вопросу легкомысленно. Но когда вмешивается политика, то на первый план выходят эффекты “давай побыстрей”. И тогда то, что должно было стать актом примирения и прощения друг друга, превращается в повод для столкновений. Дай Бог, чтобы это настроение прошло, и если, наконец, подтвердится, что эти останки – царские, то все бы было сделано справедливо…

Директор Эрмитажа Михаил Пиотровский говорит, что наибольшей популярностью за рубежом пользуются выставки о русских царях. Там все время ждут и хотят музейного рассказа о Екатерине Великой, о Петре I, о Николае и Александре… И русские цари как никто работают сегодня на положительный имидж России. Пиотровский объясняет успех тем, что эстетический образ монархии безупречен. А вкус монархов – Романовых прежде всего – великолепен. В России тоже не истощается интерес к своим царям, о них все время выходят фильмы, сериалы. Вряд ли за этим лишь незамысловатый интерес к личной жизни исторических персонажей, наверняка и желание вернуться к ним и подумать над образами наших царей. Так монархия становится нашим символическим капиталом?

Великая Княгиня Мария Владимировна: Конечно. Достаточно посмотреть на пример стран, где есть монархия, на Англию, допустим, и сразу найдешь подтверждение тому, что это огромный капитал. Там постоянно проявляется уважение к королевской власти, к королеве Елизавете и вообще к этому строю. И это довольно яркий пример того, как надо хранить свою традицию и не стыдиться ее старинных форм.

И вот уже миллионы людей фотографируются на фоне сюжетов королевской жизни. А сколько этой королевской символики продают в сувенирных магазинах!

Наверное, в этом есть что-то и от тяги человека к волшебству. Как во время Рождества или Нового года. И надо признать, что красота традиций столетия существовавших монархий это все-таки красота, в которой человечество нуждается.

Я рада, что Романовы внесли свою лепту в красоту монархического образа. И тут, конечно, после стольких веков царствования есть чем гордиться. Страна была украшена, появились невероятные памятники архитектуры и искусства, значимые для многих поколений.

В середине XX века, к сожалению, утвердилась тенденция выдвигать на первый план все некрасивое. А это не поднимает человеческий дух, а давит его. Нет, нужно окружать себя красивыми вещами, которые одухотворяют, побуждают желать красивого и любить друг друга… Через красоту всегда есть путь к любви.

Мы не должны ничего забывать. Каждая ошибка – это урок. Она учит нас тому, что мы не должны ее повторить. Но простить мы должны. Хотя, может быть, в тяге к эстетической стороне монархии сказывается и извечная тяга к тому, что блестит…

Как монархи Европы сегодня воспринимают судьбу русской монархии?

Великая Княгиня Мария Владимировна: Часть той большой семьи, что была связана с королевой Викторией – прапрабабушкой теперь уже для многих ныне здравствующих монархов и глав династий – я думаю, были и остаются потрясенными тем, что по сути член их королевской семьи так трагично скончался, был убит вместе с семьей, с детьми. Да, каждый должен думать прежде всего об интересах своей страны, но семья все равно остается… И для семьи это было очень больно. Не думаю, что Георг V был к этому равнодушен. А ее величество королева Англии Елизавета уже много лет назад выражала желание поклониться останкам государя Николая II, когда они будут найдены и точно установлены…

У нас еще идет гражданская война памяти: кто прав, красные или белые? Как ее закончить?

Великая Княгиня Мария Владимировна: Надо найти смелость и мудрость простить друг друга… И отыскать основания для взаимного уважения.

Да много было сделано злого и страшного и с той, и с другой стороны… Но если братья не любят друг друга, ничего ведь хорошего из этого не выйдет. Мы же не можем постоянно жить в печальном и мрачном состоянии, все время в сердце своем упрекая другого в чем-то плохом. Даже справедливо упрекая… Давайте постараемся восстановить братскую любовь, время прошло. Страна ожидает от нас мира и понимания друг друга. И достигнуть чего-то мы можем, только основываясь на добре.

Нет, мы не должны ничего забывать. Каждая ошибка, я думаю, это урок. Она учит нас тому, что мы не должны ее повторить. Но простить мы должны… А если мы к тому же и верующие люди, каждый в своем вероисповедании, тем более надо простить друг друга, пожать друг другу руки и идти вперед.

Надо учиться не только прощать, но и просить прощения. Иметь смелость сказать: простите, мы тоже виноваты. Я как член императорского дома в первую очередь это говорю: “Простите ради Бога. Наверное, много сделано не так. Но назад уже не вернуться. Можно идти только вперед…”

Надо иметь эту храбрость – покаяться… Да, храбрость, потому что для этого надо сломать свою гордость… Некоторые думают, что это стыдно. А это настоящая храбрость – превозмочь гордость, стать выше себя…

Столько горя нам принесла эта гордость. Тем более важно сказать: простите, примите наше прощение, и будем трудиться вместе для нашей Родины.

Ключевой вопрос

Как Дом Романовых участвует в умножении символического капитала монархии в жизни современной России?

Великая Княгиня Мария Владимировна: Наша позиция – не участвовать в политике, но поддерживать соотечественников. Заботиться о том, чтобы народ не забывал свою историю и свои традиции. Развивать благотворительность, которая, кстати, всегда была очень сильной в России, и в которой всегда участвовала царская семья.

Я и мой сын задумали и создали Императорский фонд исследования онкологических заболеваний, борющийся с такой болезнью, как рак. Сейчас многое делается, чтобы помочь больным, но о врачах и ученых, которые ищут средства излечения, подчас забывают. И мы подумали, как было бы хорошо, если бы наши русские врачи, ученые нашли способ справиться с этой болезнью. Как это было бы значимо и для нас, и для всего мира.

Послесловие к разговору

К сожалению, первое, что липкой лентой цепляется к именам живущих Романовых, это пристрастные поверки их права на престолонаследие. И жесткие расправы на этот счет. Между тем эта тема требует специальных знаний и обычному человеку кажется казуистикой. Однако то, что перед тобой Великая Княгиня и к царскому родовому древу относящийся человек, ты начинаешь чувствовать и не будучи генеалогом. По тону, в котором сквозит высокая доброжелательность. По установке на умный оптимизм, как-то естественно перевешивающий почти обязательную нынче психологическую склонность к придирчивости, упрекам и мрачности. По открытости и смелости размышления. По перпендикулярности мировоззренческих установок всему привычно социологизированному и испещренному следами советского и постсоветского опыта рассуждений. По готовности осознавать семью частью и сердцем державы. По приближенности к той или иной истории или к тому или иному человеку – будь то королева Елизавета или незабвенная Матильда Феликсовна – через личное знание и личное знакомство. (И это для нас, бесцеремонных кинозрителей, она “Матильда”, а для лично знакомой с ней моей собеседницы “Матильда Феликсовна”). И наконец по высокой царской простоте, виденной мной только один раз – в кадрах документальной кинохроники, запечатлевшей последнего царя на закладке Феодоровского собора. Нам надо слушать оставшихся у нас Романовых из-за уникальности их угла зрения, проявляющейся прежде всего в способности не терять личный взгляд на все вещи мира. И слова “личный взгляд” тут вовсе не означают возможности “пороть любую отсебятину”, а наоборот, обязуют помнить, что взгляд “через человека” есть некий универсальный принцип, как раз лежащий в основе монархии. И если собственно человеческое важнее всего – институтов, механизмов, бюрократий – в глазах высокого правителя, то всего скорее этот правитель – монарх или имеет отношение к монархии.

Яковлева Е. Непрочитанные Романовы // Российская газета, 2017, 14 мая, № 7268 (102)